Бершеть
Пермский край
57°43′52″ с. ш. 56°22′10″ в. д.
● Весна 2025
Изба, в которой проходят репетиции, стоит на улице Сибирский тракт, и это мгновенно отбрасывает в историю. Через Пермь шёл путь из европейской части России в Сибирь, и фактически любой арестант или ссыльный, направлявшийся в Сибирь, проходил через Прикамье. Проходил, значит, и мимо этой избы. По дороге на восток этапировали декабристов, польских повстанцев, революционеров-народников, десятки тысяч ссыльных и каторжан.
У названия села, Бершеть, есть несколько версий происхождения. Одни говорят, что оно переводится как «яма», другие — что как «родное место». Кто-то утверждает, что название дано по протекающей через территорию села речке Бершетке, левому притоку реки Юг. Несколько столетий назад здесь были татарские деревни и юрты; местность была заселена башкирами и удмуртами, входила в состав Казанского ханства. Русское село начало формироваться в первой половине девятнадцатого века и заселялось рабочими с Юговских металлургических заводов.
У избы сидят и распеваются нарядные бабушки. Мы выходим из машины, и они закручивают нас в хоровод. Наша группа распределена равномерно — так, что бабушки оказываются и по правую, и по левую руку. Ладони у них мягкие-мягкие, молочные. Первый вопрос, который я задаю им во время застолья: как они сохраняют свою кожу такой нежной? Секрет оказыается в том, чтобы держать кроликов и коз — его мне выдаёт Алевтина.
У избы сидят и распеваются нарядные бабушки. Мы выходим из машины, и они закручивают нас в хоровод. Наша группа распределена равномерно — так, что бабушки оказываются и по правую, и по левую руку. Ладони у них мягкие-мягкие, молочные. Первый вопрос, который я задаю им во время застолья: как они сохраняют свою кожу такой нежной? Секрет оказыается в том, чтобы держать кроликов и коз — его мне выдаёт Алевтина.
Я пела с молодости — в заводском хоре. Когда вышла на пенсию и переехала в деревню, решила снова заниматься пением и вступила в местный хор. А ещё мы сами начали собираться: ходили колядовать, отмечали Пасху, Масленицу и другие праздники. Сделали себе в лесу площадку с лавками и столиком. Встречали Новый год сначала дома, а потом в час ночи все вместе шли в лес, разжигали заранее приготовленный костёр. Человек пятнадцать собиралось: пели, хороводы водили, ёлку украшали. Так жили весело, не скучали, все пенсионеры в деревне находили себе занятие. Сейчас, конечно, людей стало меньше, возраст берёт своё, но мы всё равно собираемся и ходим в лес, хоть и не так часто, как раньше.
Когда я вернулась из города в деревню, в родительский дом, нужно было чем-то заниматься. Мы с мужем Сашей взяли кроликов, и у нас пошли кролики. А в четырнадцатом году соседка говорит, мол, что ты только с кроликами, давай-ка, бери козу. Мы живём на косогоре, и я мужу говорю: «Саша, нам с тобой бог велел козу держать». Теперь у нас их две. И козлята.
Когда я вернулась из города в деревню, в родительский дом, нужно было чем-то заниматься. Мы с мужем Сашей взяли кроликов, и у нас пошли кролики. А в четырнадцатом году соседка говорит, мол, что ты только с кроликами, давай-ка, бери козу. Мы живём на косогоре, и я мужу говорю: «Саша, нам с тобой бог велел козу держать». Теперь у нас их две. И козлята.
Алевтина
Подруги по хору называют Алевтину «мини-фермером».
Далее они рассказывают, что часто выезжают куда-то вместе: в конце месяца поедут по монастырям, затем — на экскурсию в Кудымкар, а там уже и пора летних фестивалей. «Гляденовские перепевы» ездят по Пермскому краю. До Москвы участниц коллектива довозили только в советское время — на средства заводов. Певицы вспоминают, как везде свои, пермские, узнавали их по характерному говору.
Далее они рассказывают, что часто выезжают куда-то вместе: в конце месяца поедут по монастырям, затем — на экскурсию в Кудымкар, а там уже и пора летних фестивалей. «Гляденовские перепевы» ездят по Пермскому краю. До Москвы участниц коллектива довозили только в советское время — на средства заводов. Певицы вспоминают, как везде свои, пермские, узнавали их по характерному говору.
Здесь я птица залётная. Я родилась в Туринске — это маленький городок на реке Туре в Свердловской области, Притаёжная зона Сибири. Когда пришла работать в школу, попала к Елене Анатольевне — сначала мой сын пошёл к ней в детский ансамбль, а уже вместе с ним и я притянулась. Хотя у меня обе бабушки были певучие, я сама никогда в жизни раньше не пела — разве что иногда втихаря для души и мурлыкала детям колыбельные. В ансамбле я начала понемногу подпевать и постепенно втянулась. Работала в школе учителем технологии, а в этом году перешла в Дом культуры, и у нас наконец появилось место, где мы можем собираться организованно. С тёзкой Еленой (руководительницей «Гляденовских перепевов», прим. авт.) мы участвуем и в фестивалях — она для меня идейный вдохновитель, путеводитель. Настоящая наставница.
Елена
С Еленой активно соглашаются и другие «Гляденовские»: Елена Анатольевна для всех них авторитет. Слово переходит ей.
Столько лет я была в школе одна, кто занимался народной культурой — с 2006 года всё держалось только на мне, и в школе, и в селе. Я одна писала сценарии, подбирала репертуар, вела праздники и мастер-классы. Это было очень тяжело. И когда я нашла человека, которому тоже это интересно (кивает на Елену, говорившую перед ней — прим. авт.) я была безумно счастлива: мы стали вместе организовывать мероприятия, разделили обязанности, и всё стало легче. А потом появился ещё и ансамбль «Гляденовские перепевы». Теперь на школьных и сельских праздниках они всегда рядом, помогают. На Рождество мы собираем детей, гадаем при свечах в темноте, и им это очень интересно, потому что так гадали их бабушки.
В детстве я жила в комнате здесь, в Бершети, но в комнате в квартире. То есть я не совсем деревенский человек. Однако настоящий деревенский человек был со мной рядом: с моих четырёх лет в комнате жила и моя бабушка Тамара Михайловна, 1910 года рождения. Дед умер, и мы её забрали к себе. Каждый вечер, когда мы ложились спать, она рассказывала мне истории про жизнь.
Бабушка в раннем детстве осталась сиротой. Она попала в зажиточную семью, которую потом раскулачивали. В семье было много скота, и бабушка постоянно работала: рассказывала, как терялась корова, и её отправляли искать ночью в лесу, босую, исцарапанную. У неё было 18 детей, моя мама — восемнадцатая.
В детстве я жила в комнате здесь, в Бершети, но в комнате в квартире. То есть я не совсем деревенский человек. Однако настоящий деревенский человек был со мной рядом: с моих четырёх лет в комнате жила и моя бабушка Тамара Михайловна, 1910 года рождения. Дед умер, и мы её забрали к себе. Каждый вечер, когда мы ложились спать, она рассказывала мне истории про жизнь.
Бабушка в раннем детстве осталась сиротой. Она попала в зажиточную семью, которую потом раскулачивали. В семье было много скота, и бабушка постоянно работала: рассказывала, как терялась корова, и её отправляли искать ночью в лесу, босую, исцарапанную. У неё было 18 детей, моя мама — восемнадцатая.
Елена Анатольевна
Каждый бабушкин рассказ сопровождался песенками, сказками, колыбельными. Я же была октябрёнком, росла на других песнях, но то, что бабушка заложила, осталось во мне.
«сказка о снегурочке»
Мама у меня тоже была певучая, первая частушечница на деревне. Так пение передалось и мне. Хотя по образованию я учитель начальных классов, в нашей школе не оказалось учителя музыки, и меня поставили её вести.
Тридцать лет проработала в школе. А потом подключилась и моя тётка: она занималась народной культурой, создала ансамбль, вошла в Пермскую региональную гумению Российского фольклорного союза. Я тоже создала школьный ансамбль, сначала детский, потом взрослый. С 2006 года у нас школьный детский коллектив: мы с ним выступали по всему краю, пели даже в Консерватории Чайковского в Москве, стали лауреатами. Ездили в Ульяновск и Орлёнок, где разыгрывали полный пермский свадебный обряд с песнями и прибаутками.
Сейчас у меня третий год поют замечательные девочки. С детьми приятно — они поют чисто, красиво, но всё же в женской лирике важна не чистота, а чувство. А это приходит только через опыт: когда знаешь, что значит проводить сына на войну, терпеть мужа-пьяницу, потерять любовь.
Тридцать лет проработала в школе. А потом подключилась и моя тётка: она занималась народной культурой, создала ансамбль, вошла в Пермскую региональную гумению Российского фольклорного союза. Я тоже создала школьный ансамбль, сначала детский, потом взрослый. С 2006 года у нас школьный детский коллектив: мы с ним выступали по всему краю, пели даже в Консерватории Чайковского в Москве, стали лауреатами. Ездили в Ульяновск и Орлёнок, где разыгрывали полный пермский свадебный обряд с песнями и прибаутками.
Сейчас у меня третий год поют замечательные девочки. С детьми приятно — они поют чисто, красиво, но всё же в женской лирике важна не чистота, а чувство. А это приходит только через опыт: когда знаешь, что значит проводить сына на войну, терпеть мужа-пьяницу, потерять любовь.
Наше пение может быть неровным, но оно выстраданное. Мы знаем, что такое бабская доля. И умеем её петь.
На конкурсах и фестивалях, конечно, боимся налажать. Я девочек пытаюсь настроить, что мы не выступаем, а поём для себя, поём свою историю. Но от того, что тебя оценивают, отвлечься сложно.
Саша предлагает коллегам упражнение, которое помогает ей справляться с волнением:
«Встаньте ровно на обе ноги, взгляд направьте в одну точку на стене или на полу — так, чтобы шея и грудь не были зажаты. Сделайте вдох на четыре счёта, затем на восемь счётов делайте плавный выдох на низкой ноте. После выдоха сделайте паузу на две секунды — и снова повторите. Всего нужно сделать десять таких циклов. Можно представить, что звук разливается по всему телу — тогда легче почувствовать его движение и общий резонанс».
«Встаньте ровно на обе ноги, взгляд направьте в одну точку на стене или на полу — так, чтобы шея и грудь не были зажаты. Сделайте вдох на четыре счёта, затем на восемь счётов делайте плавный выдох на низкой ноте. После выдоха сделайте паузу на две секунды — и снова повторите. Всего нужно сделать десять таких циклов. Можно представить, что звук разливается по всему телу — тогда легче почувствовать его движение и общий резонанс».
Я сама из Осинского района, деревни Кустова, тогда это ещё была Молотовская область. В ансамбль я хожу всего два года, меня пригласили, подсказали с песнями, и я втянулась. Мне это очень интересно. Материала у меня много ещё с детства: у моей тёти было шестеро детей, у нас в семье — пятеро. Мы все сворачивались на полу калачиком и слушали, как взрослые поют. Мамы возвращались с работы доярками, а бабушки дожидались их и просили: «Аннушка, Сашка, ну спойте нам хоть “Белым снегом”!».
У нас всегда пели, и мы тоже начали петь детьми — ходили выступать на станы, на полевые, пели советские песни. А народные песни — те, что мама с тётей пели на два голоса — я запомнила с юных ногтей. Песни, и истории.
У нас всегда пели, и мы тоже начали петь детьми — ходили выступать на станы, на полевые, пели советские песни. А народные песни — те, что мама с тётей пели на два голоса — я запомнила с юных ногтей. Песни, и истории.
Галина Леонидовна
Татьяна рассказывает, что до хора пела с мамой — простые песни за кухонной работой, вроде «По Дону гуляет казак молодой». С «Гляденовскими перепевами» она уже три года. Рядом с ней — Рая Тимофеева. Она говорит, что «Гляденовские» отмечают вместе все дни рождения, стряпают пельмени и пироги, не дают друг другу остаться в одиночестве.
«Тундарита»
народная песня
народная песня
Меня зовут Любовь Орлова — так назвал папа в честь известной артистки, и даже когда вышла замуж, фамилию не поменяла. Я с молодости была организатором: работала комсомольским работником на большой птицефабрике.
В Бершети живу уже пятьдесят лет. Люблю общественную работу, командовать люблю. Была председателем Совета ветеранов, потом создала музей Бершети. Написала проект, нам выделили деньги, мы отремонтировали помещение, дополнили экспозицию.
Сейчас вместе с Еленой Анатольевной ведём детей-следопытов — собираем материалы о наших земляках, кто воевал, кто погиб в Великую Отечественную, делаем стенды, выставки. Дома я одна, муж умер, а мне скучно. Мне нравится коллективизм, поэтому всё время нахожусь среди людей.
Петь я никогда не умела и сейчас только тянусь за девчонками: если они поют, и я вместе, а одна не могу. Вместе с Еленой Анатольевной мы собрали первый состав — приглашали людей, узнавали, кто хочет ходить. Так и создался наш коллектив.
В Бершети живу уже пятьдесят лет. Люблю общественную работу, командовать люблю. Была председателем Совета ветеранов, потом создала музей Бершети. Написала проект, нам выделили деньги, мы отремонтировали помещение, дополнили экспозицию.
Сейчас вместе с Еленой Анатольевной ведём детей-следопытов — собираем материалы о наших земляках, кто воевал, кто погиб в Великую Отечественную, делаем стенды, выставки. Дома я одна, муж умер, а мне скучно. Мне нравится коллективизм, поэтому всё время нахожусь среди людей.
Петь я никогда не умела и сейчас только тянусь за девчонками: если они поют, и я вместе, а одна не могу. Вместе с Еленой Анатольевной мы собрали первый состав — приглашали людей, узнавали, кто хочет ходить. Так и создался наш коллектив.
Любовь
Я сама из Перми, но уже 12 лет живу здесь, в Бершети. Когда-то случайно меня пригласили на фестиваль, я поехала туда как гость. И мне так понравилось выступление «Гляденовских», что я напросилась к ним, и вот с августа хожу. До этого я когда-то ходила в хор «Сударушка», да потом из-за болячки перестала.
Пою я посредственно, больше подпеваю, но мне это доставляет удовольствие. И пение, и посещение фестивалей — особенно «Сердца Пармы», что в Чердынском районе.
Пою я посредственно, больше подпеваю, но мне это доставляет удовольствие. И пение, и посещение фестивалей — особенно «Сердца Пармы», что в Чердынском районе.
Алевтина Степановна
Я просто такой человек — люблю везде пошататься.
Я уроженка этого района. Мне скоро 75, вся трудовая деятельность уже позади — я работала на фабрике. Но так как у меня всегда был коллектив, выход на пенсию оказался для меня непростым: без людей рядом было неуютно. Сначала я пристроилась в хор «Сударушка», теперь вот и здесь нашла себя.
Валентина Ушакова
Живу я будто на одном большом концерте: пою, пляшу. Свободного времени почти нет.
Два раза в неделю репетиции хора «Сударушка», два раза — «Гляденовские перепевы», плюс два раза хожу на ЛФК, потому что то рука заболит, то нога, а нужно держать себя в тонусе. Растяжки, танцевальные движения… чтобы голова работала, чтобы тело было в порядке. Это не от безделья, жизнь сама заставляет чем-то заниматься, если хочешь оставаться «на плаву».
По утрам мы вместе с бершетскими ходим на зарядку — тут такой стиль жизни. Зимой мы, конечно, все с палками (скандинавскими — прим. авт.) ходим в лес — у нас проложена тропа. Прогулка занимает примерно полтора часа: вышли из дома, дошли до леса, там походили и вернулись обратно. Получается почти пять километров. Иногда ещё занимаемся на тренажёрах у нашего ДК.
По утрам мы вместе с бершетскими ходим на зарядку — тут такой стиль жизни. Зимой мы, конечно, все с палками (скандинавскими — прим. авт.) ходим в лес — у нас проложена тропа. Прогулка занимает примерно полтора часа: вышли из дома, дошли до леса, там походили и вернулись обратно. Получается почти пять километров. Иногда ещё занимаемся на тренажёрах у нашего ДК.
Я родилась в Бершети, у нас тут прекрасно знают, что я пою. С детства это шло: родители собирались и пели — мы им подпевали. Когда была постарше, тоже старалась участвовать, но так и не пела серьёзно. В 2017 году я переехала обратно домой. Меня долго звали в коллектив. Сначала я не решалась, а потом всё-таки пришла — и оказалось, что голос у меня хороший, тянет вверх.
Светлана
Родилась я в 1952 году, в телеге. Мама меня сначала не хотела, но потом говорила, что, может быть, Бог так распорядился, что я всё же появилась.
Родителей я очень любила — и маму, и папу. За больной мамой я ухаживала шесть с половиной лет, хотя, признаюсь, не думала, что это будет больше, чем год или два. Мама умирала с чувством, что я сделала для неё всё.
После школы нас, как и многих в деревне, отправили в город, помогли с квартирой. Я вышла замуж. Мы с мужем жили в общежитии, а потом прижились и здесь, в деревне. Сначала было трудно — ни домом, ни огородом толком заниматься не умела, — но мама и папа помогали, направляли. В детстве бывало, что не хотела копать картошку, девчонки уже собирались на танцы, а родители заставляли: «Пока с картошкой не разберёшься, никуда не пойдёшь». Так я и привыкла к труду.
Сейчас живу с мужем, он городской, но деревня ему нравится, хоть иногда и тянет обратно. Когда-то держала коз, но последние два года не держу, остались только курочки. У нас двое сыновей, оба с образованием, кандидаты наук. А внучка окончила МГУ и осталась в Москве, живёт там с молодым человеком.
Родителей я очень любила — и маму, и папу. За больной мамой я ухаживала шесть с половиной лет, хотя, признаюсь, не думала, что это будет больше, чем год или два. Мама умирала с чувством, что я сделала для неё всё.
После школы нас, как и многих в деревне, отправили в город, помогли с квартирой. Я вышла замуж. Мы с мужем жили в общежитии, а потом прижились и здесь, в деревне. Сначала было трудно — ни домом, ни огородом толком заниматься не умела, — но мама и папа помогали, направляли. В детстве бывало, что не хотела копать картошку, девчонки уже собирались на танцы, а родители заставляли: «Пока с картошкой не разберёшься, никуда не пойдёшь». Так я и привыкла к труду.
Сейчас живу с мужем, он городской, но деревня ему нравится, хоть иногда и тянет обратно. Когда-то держала коз, но последние два года не держу, остались только курочки. У нас двое сыновей, оба с образованием, кандидаты наук. А внучка окончила МГУ и осталась в Москве, живёт там с молодым человеком.
Хозяйка дома
Мы с «Перепевами» как косяк птиц, которые летят вместе. И мне очень нравится наш дружный косяк.
Я вообще раньше не пела, так что очень благодарна Елене Анатольевне. Она порой заставляет меня петь громко-громко, и тогда я слышу в своём голосе мамины интонации. Я сама сказала себе: «Надо». Для меня это стало не просто занятием, а даже своего рода лекарством. Лёгкие работают, дыхание тренируется — всё идёт на пользу.
«ваня белый, кудреватый»
народная песня осинского р-на
народная песня осинского р-на
Павел Басин
Фото
Русина Лекух
Текст
Крапивье
→
Следующие
истории
истории